О Движении Направления работы Служение События Председатель ЦС Издания Движения Это интересно
 
     
 
      Музеи Статьи и публикации Выставки Книжная полка
 
 

 


VII Морозовские чтения

В поисках подлинной истории РОССИИ…

26-27 апреля 2016 года в Калуге прошла областная научно-практическая конференция «VII Морозовские чтения». Организаторами столь популярного научного форума являются Министерство культуры и туризма Калужской области и Калужская областная научная библиотека им. В.Г. Белинского. На мероприятие, проходящее ежегодно, съехались историки и краеведы со всего Калужского края, заслушано 43 доклада, охвативших все исторические периоды Калужской земли.
Открыли конференцию: Аржанкова М.Е., директор Калужской областной научной библиотеки им. В.Г. Белинского, Кузин А.А., главный специалист Законодательного собрания Калужской области, и Никишина Т.В., заведующая отделом краеведения КОНБ им. В.Г. Белинского, ответственный секретарь оргкомитета.
Активное участие приняли и члены Калужского регионального отделения ООД «Россия Православная»: Горолевич И.Е., председатель Калужского регионального отделения (доклад – «Два противоположных взгляда на одно «белое пятно» в истории Калуги»), Гущина Н.В., член правления организации (доклад – «Калуга освобождена! Вперед. На запад!»), члены Движения – Днепровский А.С. (Уникальная архивная находка Г.М. Морозовой) и Кожевникова Н.И. (Купец В.М. Ковригин. Ковригинская дача в Алексине»).


Доклад
ДВА ПРОТИВОПОЛОЖНЫХ ВЗГЛЯДА НА ОДНО «БЕЛОЕ ПЯТНО»  В ИСТОРИИ КАЛУГИ

Игорь Евгеньевич Горолевич,
член-корреспондент Петровской академии наук и искусств (СПб.),
директор НП «Калужский областной исследовательский и
культурно-просветительский центр «ГАРАЛЬ»,
 председатель Калужского областного отделения ООД  «Россия Православная»

«Истина сияет собственным светом, и не подобает просвещать умы пламенем костров»
Юстиниан

Сегодня большинству россиян, проявляющих интерес к истории России от древности до наших дней, совершенно понятно, что в истории Отечества нашего имеется много «белых пятен» и откровенных фальсификаций.
Попробуем разобраться с одним из таких случаев на примере сражения, имевшего место у Калуги в 1512 г. между крымскими татарами под предводительством сыновей хана Менгли-Гирея[1] – Ахмат- и Бурнаш-Гиреев с дружиной князя Симеона Калужского[2], сына великого князя московского Ивана III Васильевича[3].
Общеизвестен общий фон международных отношений, сложившийся к моменту свершения рассматриваемого события. В результате неудачных для Литвы русско-литовских войн 1492-1493, 1500-1503 и 1507-1508 гг. к Московии отошли обширные территории с городами: Вязьма, Алексин, Белёв, Козельск, Мещера, Одоев, Чернигов, Брянск, Стародуб, Путивль и другими землями. Литва признала за Иваном III титул Государь всея Руси, что в то время считалось чрезвычайно важным событием, так как у Литвы были не меньшие основания именовать себя Русью. Следует отметить, что перелом в русско-литовских отношениях наступил после войны 1492-1493 гг., в которой Иван III действовал в союзе с крымским ханом Менгли-Гиреем.
В 1512 г. престарелый хан Менгли-Гирей ослабел духом и, узнав о разгроме его орды под Лопушным, заключил с великим князем литовским Сигизмундом I договор, по которому обязался выставить на войну с Московией 30 тысяч всадников за ежегодную выплату поминок в размере 15 тысяч дукатов[4]. Менгли-Гирей, изменив своим клятвам без всякого неудовольствия на Московское государство, объявил ему войну, жёг и грабил в его пределах: «Сей тайный договор исполнился немедленно: в мае 1512 года сыновья хановы, Ахмат- и Бурнаш-Гиреи, со многолюдными шайками ворвались в области Белёвские, Одоевские: злодействовали, как разбойники, и бежали, узнав, что князь Даниил Щеня спешит их встретить в поле» [5]. По другим источникам были разорены «Белёв, Одоев, Воротынск, Алексин, повоевали, взяли пленных. Великий князь выслал против них воевод; но татары отступили с большою добычею, а воеводы за ними не пошли» [6] и «пришли безвестно с многими людьми на Белеву и на Одоев, и на Воротынскъ, и на Козелоскъ»[7].
Объединяя данные со всех источников, следует отметить отсутствие единого понимания о территории, подвергшейся разорению агарянами[8], но в то же время ни в одном из них нет упоминания о Калуге в числе разоренных городов в мае 1512 г. Вместе с тем следует отметить, что все разоренные города и территории были недавно отвоеваны у Литвы Московским государством. Кроме того, из упомянутых источников информации не прослеживается маршрут движения татар, конечная цель их похода и причины столь поспешного его завершения.
Именно с мая 1512 г. крымский хан Менгли-Гирей, оказавший великую пользу в обретении Московским государством независимости и бывший союзником в военных конфликтах с Литвой, стал врагом Руси и, по словам Василия III[9]. «Счастливый для нас союз, дело Иоанновой мудрости, рушился навеки, и Крым, способствовав возрождению нашего величия, обратился для России в скопище губителей»[10]. Именно май 1512 г. стал тем кульминационным моментом истории, когда еще теплившиеся длительные взаимовыгодные отношения между Крымом и Москвой безвозвратно были разорваны и стали достаточною причиною к разрыву с Литвой[11]. Началась очередная русско-литовская война 1512-1522 гг.[12], закончившаяся присоединением к Московскому государству Смоленских земель….
В рассматриваемый временной период Симеон Иванович Калужский, получивший по завещанию великого князя московского Ивана III в отчину пограничные с Литвой территории с городами Бежецкий Верх, Калуга и Козельск с волостями, путями, селами и всеми пошлинами, княжил в Калуге и являлся подданным старшего брата великого князя московского и Государя всея Руси Василия III[13]. Очертания границ его вотчины до настоящего времени не установлены и еще ждут своих исследователей.
Калужскую крепость на Оке возвел в середине XIV в. великий князь литовский Ольгерд Гедеминович. В то же время, по указанию великого князя московского Симеона Ивановича Гордого, на горе у поймы[14] реки Яченки, недалеко от впадения ее в Оку, поставили сторожевую заставу, которую после вступления князя Симеона в права наследства переустроили в княжеский загородный замок. В замке поставили княжеские палаты, в которых проживал юродивый[15] Лаврентий. Крепость, простояв более полутора веков, из-за переноса границы на запад должного ремонта не получала и постепенно приходила в ветхость. Если судить по террасам на левом берегу бывшей поймы Оки, становится очевидным, что посадов[16] на ее берегу быть не могло.
На общем фоне известных исторических событий достаточно загадочно выглядит сражение, происшедшее в мае 1512 г. у Калуги между крымскими татарами и дружиной князя Симеона Калужского. Таинственным образом не сохранилось ни одного документа того времени, созданного князем Симеоном, хотя как минимум два таких документа, безусловно, существовали. Во-первых, состоявший при Симеоне княжеский писец был обязан спешно, после получения известий о результатах сражения, подготовить донесение с описанием происшествия и прочей информацией о противнике и маршруте его движения в виде аккуратно написанной грамоты Государю всея Руси и брату Василию III. Долг подданного обязывал князя Симеона сделать это незамедлительно. Во-вторых, должны были быть письменные правоустанавливающие документы по учрежденному Симеоном в 1515 г. (после погребения с почестями «спасителя Калуги в сражении 1512 г. святого Лаврентия». – (Прим. авт.) Калужскому Свято-Лаврентьеву монастырю. Например: описание прижизненного подвига праведного Лаврентия, грамота на отвод земли и деревень в собственность братства, распоряжения о других доходах и повинностях на строительство монастыря и т.д. В-третьих, мог быть еще один письменный источник, записанный со слов Симеона княжеским писцом после того как «князь возвратився от брани поведа бывшее, како явися праведный и его укреплением и помощию победил врагов, нашедших на город Калугу» [17]-[19].
Таким образом, логично предположить, что рукописный подлинник «Сказания о чудесах святого и праведного Христа ради юродивого Лаврентия» был создан на основе подлинных, рукописных документов, которые или были утеряны, или еще ждут в архивах, рукописных отделах библиотек и музеев своего исследователя. Данное утверждение опровергает версию некоторых историков о том, что Сказание было написано на основе устной народной традиции спустя около 150 лет после смерти Лаврентия[20]. При этом остается загадкой, где черпали информацию сказители, если даже в летописях нет упоминании об этом событии.
В наше время единственными сохранившимися памятниками письменности, посвященными Лаврентию Калужскому, являются девять списков Сказания с разночтениями в тексте, которые хранятся в рукописных отделах библиотек и музеев Москвы, Санкт-Петербурга и Твери. Списки датируются временем от середины XVII до середины XIX века[20]. К сожалению, эти документы не могут быть приняты в качестве доказательной базы ввиду того, что были созданы спустя 150-350 лет с неустановленных источников информации. Заблуждением является предположение, что с помощью классифицирования по редакциям девяти сохранившихся из неустановленного возможного массива списков Сказания возможно реально определить его «первоначальную редакцию, исходный текст, который в дальнейшем подвергся переработкам и уже отредактированный получил распространение» [20]. Не имея понимания о местоположении чудом сохранившихся списков Сказания в этом массиве (включая утраченные и еще не найденные) относительно подлинника «первоначальной редакции», преждевременно делать смелые выводы об «исходном тексте» документа.
Тем не менее среди девяти сохранившихся редакций списка Сказания было выявлено две версии описания сражения у Калуги в 1512 г. По краткой редакции, князь Симеон бился против агарян с насада[21] «по Аке реке», то есть с лодок. Пространная редакция, составленная в самом конце XVII в., говорит, что сражение было «на посаде» [16], который располагался на левом берегу Оки. Вероятно, что пространная редакция несет на себе следы переноса редактором современных ему представлений о местоположении Калуги – на берегу Оки, где мог быть в то время посад, – на события начала XVI в. [20].
За последние четыре века в исторической литературе укрепилась версия сражения, согласно которой Симеон бился против агарян с насада (лодки)[21] на Оке у Калуги, о чем была сохранена память в Записке Калужского Лаврентиева монастыря «В лето 7020 нападоша на град агаряны, против которых вышел князь Семен Иоаннович Калужский с своими гражданами. Праведный Лаврентий, в дому его бывший, внезапу возопи гласом великим: дадите ми секиру острую; нападоша псы на князя Симеона, да обороню от псов его, и взем отыде. Князю же Симеону бившуся с агаряны с насады (род судна водоходного) на Оке, агарянам же, во множестве обступившим Князя, внезапу обретеся на насаде праведный Лаврентий, укрепляя его и все воинство ободрив реки си: не бойтеся, и в тот час победи князь и прогна их, а праведный Лаврентий обретеся паки в дому княжеском, аки юродствуя и говоря: обороних от псов князя Симеона. Князь возвратився от брани поведа бывшее, како явися праведный и его укреплением и помощию победил врагов, нашедших на город Калугу» [18].
Сюжет данной версии отражен на иконописном изображении осады Калуги татарами в мае 1512 г. [22], созданном во второй половине XVIII века. По мнению заместителя директора музея по научной работе, заслуженного работника культуры РФ В.Г. Пуцко, ее автором мог быть работающий в Лаврентьевом монастыре над «поправкой икон» дьячок Воскресенской церкви в Калуге Семен Андреев[23]-[25].


Иконописное изображение осады Калуги татарами в мае 1512 г.
Вторая половина XVIII века.Калужский областной художественный музей[22]

Архимандрит Амвросий (Орнатский) в своей «История Российской иерархии…» так отзывался об описании этого сюжета: «Повествование сие оставляется здесь в подлиннике, чтобы сохранился драгоценный памятник древности, который подвергся уже искажению от пера позднейших обновителей древних преданий, изобретших и выше упомянутое предание о существовании монастыря во время праведного Лаврентия» [26].
Последние исследования [25],[27]-[31], рассматривающие сражение на Оке в общем контексте сложившейся на тот момент международной политической обстановки, поддерживают сложившуюся за века версию события мая 1512 г. у Калуги при жизни праведного юродивого Лаврентия и князя Симеона Калужского, одержавшего славную победу над агарянами, применив новый тактический прием ведения боя[23]-[25].
Реконструкция событий имела следующий вид. В мае 1512 г. 30-тысячная[4] крымская орда под предводительством сыновей хана Менгли-Гирея[1], Бурнаша и Ахмата, вторглись в пределы Московского государства, недавно отвоеванные у Литвы, опустошив окрестности Белёва, Одоева, Алексина, Воротынска, Козельска, и подступила с юга к Калуге. Если вспомнить, что «Ахмат-Гирей думал в июле месяце опустошить Рязанскую землю»[10], то набег был скоротечен, не более 2-3 недель. Маршрут движения орды неизвестен, но его можно представить следующим образом: после вхождения в русские пределы агаряне разбились на два отряда с маршрутами на Белёв и Одоев, взяв которые собрали поживу и полон в одном месте, вблизи Алексина. Оставив до 5 тысяч человек на охрану добычи, разграбление Алексина и продолжение грабежей в «областях Белёвской и Одоевской». Основную часть крымцев сыновья хана повели на Козельск, после разграбления которого двинулись к Воротынску, чиня всякие злодейства. Переправившись через Оку, выше ее слияния с Угрой, татары с большой добычей направились по правому берегу Оки по направлению к точке сбора около Алексина, но остановились ввиду большого укрепленного города Калуги, разорив которую намеревались, вероятно, идти грабить области Московские или на Рязань. Переправиться через Угру и подойти к Калуге по левому берегу Оки мешала болотистая долина Яченки, над которой возвышалась застава, переоборудованная князем Симеоном под свой замок. Решиться же на переправу через полноводную Оку, сопряженную с определенными трудностями, сыновья Менгли-Гирея могли только при наличии веских политических или экономических причин, тем более они уже имели «большую добычу» и «пленных».


Реконструкция сражения на водах Оки у Калуги в мае 1512 г. (вверху слева указано Симеоново городище, а справа – будущий Лаврентьев монастырь)[32]

Положение калужан было критическое. Старая крепость надежды на спасение не давала, а княжеский замок «Симеоново городище») не вмещал всех желающих. Симеон и горожане, отправив женщин и детей в окрестные леса, решили исполнить волю своего государя Василия III и не допустить татар на левый берег Оки, а бить их на переправе с насадов (грузовых лодок), стоявших у мыса на левом берегу ниже от впадения Яченки в Оку, недалеко от княжеского замка. Толпы агарян (предположительно до 10 тысяч человек. – Прим. авт.) ринулась форсировать широкую и глубокую в то время Оку, а против нее по течению плыли насады[21] князя Симеона с горожанами, числом не большим, от 500 до 1000 человек, часть калужан, численностью около 500 человек, осталась на берегу для перехвата доплывающих татар. Вполне возможно, что на берегу, близ воды, были вкопаны заостренные колья с частоколом, мешавшие развертыванию татарской кавалерии в боевые порядки. Именно эти, сооруженные на скорую руку укрепленные заграждения, авторы пространной версии Сказания ошибочно принимали за посад[16]. Произошла сеча на воде, продолжением которой, безусловно, были отдельные очаговые сражения на берегу. Князь Симеон, имея значительно меньшую по численности пешую дружину, применил новый тактический прием ведения сражения. Он учел, что грозная и маневренная на суше татарская конница наиболее уязвима в воде (всадник был вынужден плыть, держась за холку или хвост коня.  – Прим. авт.), особенно от длинных пик и рогатин. В этот момент всадник не может прикрыть себя щитом или эффективно действовать оружием, а многие степняки  не умели плавать.
Калужская рать топила плывших татар, но татары лезли на насады, и в лодках завязывались ожесточенные схватки. В самый разгар сражения, когда татары начали теснить калужан и «во множестве обступили князя», праведный Лаврентий, бывший в палатах княжеского замка, внезапно возопил громким гласом: «Дайте мне мою секиру острую; напали псы на князя Симеона, да обороню его от псов», – и, взяв ее, побежал быстро... [33].
Дальнейшие события не имеют в настоящее время научного объяснения (пытаясь понять с точки зрения логики действия юродивого, мы постоянно будем приходить к мысли о чуде, которое сегодня называется телепортацией, но, возможно, есть этому и другие более простые объяснения. – Прим. авт.), но вдруг внезапно на судно явился юродивый Лаврентий, укрепляя и ободряя князя и всё воинство, говоря: «Не бойтесь», и «в тот же час победил князь и прогнал врагов, а праведный Лаврентий явился опять в дому княжеском» [18],[19].
Последний натиск калужан сломал волю крымских татар. Они дрогнули и повернули обратно к своему берегу, откуда открывалась жуткая картина сечи. Возможно, что от плавающих между насадами от трех до пяти тысяч трупов людей и коней не было видно поверхности воды, открытые глаза утопленников «смотрели» из-под воды на прибрежных отмелях, наводя на татар панический ужас. На вторую попытку переправы агаряне не решились…
Жестокое поражение от небольшой дружины калужан в «сече на водах Оки», «чудесное явление» в разгар сражения юродивого Лаврентия с секирой, известие о приближении московского войска во главе с князем Даниилом Щеней и необходимость спасти награбленное с большим полоном вынудило агарян принять решение о выходе за пределы Руси. Татары отступили и умчались на своих небольших, но резвых лошадях на Алексин и далее – к югу[25].
Князь Симеон возвратился с битвы и отправил гонца к Государю и брату Василию III с грамотой, в которой подробно описал сражение, силы татар и направление их движения. Княжеский писец сделал описание со слов князя единственного прижизненного чуда праведного Лаврентия. Сам же Лаврентий, в силу своего юродства, пояснить свои действия не смог. Весьма натуралистично показан подобный образ юродивого того времени на примере юродивого Яшки из исторического фильма режиссера Игоря Каленова «Александр. Невская битва» (2008). Сцена, где выпивший вместо князя юродивый Яшка умирает, способна выбить из зрителя всплеск патриотических эмоций и держит в напряжении гораздо сильнее, чем сама Невская битва. Аналогичное отношение калужан было к своему юродивому Лаврентию, в котором они видели не только спасителя от разорения Калуги и, возможно, Московского государства, но сохранителя жизни самого князя Симеона Калужского.
В некоторых исторических источниках всплывает версия сражения, согласно которой Симеон бился против агарян на посаде[16] у Калуги или на берегу Оки около Калуги.
В одном из них («Описание происшествий 1812 года…») [34] упоминается Запискабывшего Калужского Лаврентьева монастыря, из которой следует, что «князь Симеон в то время бился с насада (род окопа или крепости). Окоп один и поныне виден ниже Лаврентьева монастыря, на возвышенном левом берегу р. Яченки, которая впадает в Оку у самой западной черты г. Калуги… Другой подобный ему окоп также теперь находится ниже Калуги, расстоянием около 7 верст на левом берегу р. Калужки, которая с восточной делает собой границы городской земли» [34]. Автор в своем труде 1815 г. не приводит никаких доказательств относительно принадлежности этих «окопов» ко времени сражения 1512 г., тем более тогда под «насадом» понималась лодка[21]. По всей видимости, «окопы» имели более позднее происхождение, относящееся к «временам Годунова и Самозванцев», когда изначальное смысловое значение слова «насад» [23] было уже утрачено, а такие суда давно уже вышли из употребления. Вполне возможно, что к началу XIX века «насадом» некоторое время могли называть, по аналогии с насаживанием (наращиванием) бортов на лодки, какие-то фортификационные сооружения (род окопа или крепости).


Картина с изображением осады Калуги татарами на посаде в 1512 г. (2015 г.)

Очевидно, что в данной версии наблюдается логический разрыв в действиях Симеона. Имея укрепленный замок и город-крепость Калугу, он вывел свою дружину и необученных военному искусству горожан в «чистое поле» под прикрытие временных заграждений против профессионального и хорошо вооруженного противника, уже продемонстрировавшего свою силу на примере разграбления ряда больших городов. Около пятнадцатикратное превосходство в численности не оставляло иллюзий в отношении итога сражения… К поддержке юродивого Лаврентия могли относиться только с доброй шуткой. Все молили о ниспослании чуда и спасении души…
Надо полагать, что сюжет новой картины «Осада Калуги татарами на посаде в 1512 году», написанной к 500-летию кончины святого Лаврентия (2015 г.), взят именно с описания сражения в работе Григория Зельницкого[34].
В поэме «Предание о Калуге» А. Степанов[35] в качестве места сражения указывает княжеский замок князя Симеона (Симеоново городище). Однако из-за множества исторических неточностей доверия к этому произведению нет. Примером вольной трактовки истории является упоминание о «романтической семейной жизни» Симеона: «Из сего-то терема любви однажды усмотрел князь Симеон полки неверных, поцеловал княгиню и полетел к защите»[35]. Здесь общеизвестным фактом является то, что Василий III, опасаясь за престол и, будучи длительное время бездетным, запрещал своим братьям жениться и вел за ними постоянную слежку, всячески их притесняя[33].
Сведения, описанные в поэме, хотя и не нашли отражения в других источниках, достаточно живописно описывают суть сражения. Крымские татары, двигаясь от Воротынска, форсировали Угру в числе 20-23 тысяч человек (вероятно, небольшой отряд до 2 тысяч человек с добычей и пленными переправился через Оку выше ее слияния с Угрой и двигался по правому берегу на Алексин. – Прим. авт.) и по левому берегу подошли к долине Яченки:

Из бора черного татары
Нырнули в Яченку, и вдруг
Рассыпавшись вокруг,
Они свои удары
На гору понесли.
Метали навстречу им и бревна,
Вар и каменья,
Татары грудью шли.
Расторгся вал;
Мечи о стены застучали
И гриден князя задрожал.
Уже лицом к лицу стояли
В проломе войска два…
Князь посредине их сражался
Мечем от дерзких окрещался
И глубины наполнил рва
Предерзкими врагами;

Но кто всех одолеет их?
Они по трупам шли своих,
Топтали христиан ногами.
Уже князь бодрствовать устал,
И мнил просить постыдно мира.
Вдруг муж нагий к нему предстал:
В одной руке его секира,
Другою князя он прикрыл.
«Не бойся!» - грозно возопил,
И бросился в толпу неверных.
Князь вслед за ним,
И рать со мужеством святым
Низвергла дерзновенных;
Сопхнула с стен татар,
С горы их в реку покатила
И там со смертью прохладила
Их кровожадный жар.

В пояснении к тексту сообщается: «Когда татары ворвались уже в городище, то, объятый изступлением, Лаврентий вскричал: «дадите мне мою секиру: нападоша пы на князя Симеона, да обороню от псов его». И бросился в толпу сражающихся, победил, и остался жив» [35].
Если отбросить лирику и исторические неточности, то князь Симеон, получив строгий приказ от своего брата Василия III ограничиться обороной рубежа по реке Оке[12], «молча» наблюдал, как агаряне безнаказанно грабили его вотчину, дойдя до Козельска, и занимался подготовкой к обороне города и своего загородного замка. Однако к сторонникам этой версии может возникнуть ряд логических вопросов:

  • Какова цель была у крымских татар: княжеский замок или город-крепость Калуга?
  • Как князь Симеон распределил свои ничтожно малые силы на два разных по площади и обороноспособности объекта обороны?
  • Может ли юродивый[15] и умопомешанный человек или аскет-безумец (признаками болезни могут быть: странный блеск глаз, стеклянный взгляд, своеобразная мимика лица, очень обильное слюноотделение, бессвязная и повторяющая одно и тоже несколько раз речь, мнительность, смена настроения, стремление к уединенности без особых причин, монотонное покачивание вперед в положении сидя, сосредоточенность, неуверенная сутулая осанка, гиперактивность, неадекватность, резкость в словах и легкая раздражительность по пустякам, движения хаотичные с излишней дерганностью, суетливостью и необоснованностью, отличающиеся непродуктивной деятельностью. – Прим. авт.).
  •  Осмысленно «броситься в толпу сражающихся, победить и остаться живым» в реальном сражении?
  • В чем проявилось единственное прижизненное чудо юродивого Лаврентия, и было ли оно (данная версия сражения ставит под сомнение правомерность почитания святого юродивого Лаврентия и учреждение в честь него Калужского Свято-Лаврентьева монастыря, что априори невозможно по разным причинам. – Прим. авт.).

Если цель вторжения крымской 30-тысячной орды в недавно отвоеванные у Литвы пределы Московского государства и строгий приказ воеводам государя всея Руси Василия III ограничиться обороной рубежа по реке Оке, можно было как-то объяснить политическими и экономическими мотивами, то вторжение в исконно русские пределы у города-крепости Калуга, находящегося под непосредственным управлением московской великокняжеской династии, со стороны давнего близкого союзника Руси было равносильно удару ножом в спину. Такое вероломство хана Менгли-Гирея окончательно разрывало отношения Москвы с Крымом[27].
Сегодня, важно найти ответ на вполне естественный вопрос: «Раз нападение крымских татар на Калугу в мае 1512 г. являлось той «реперной точкой», после которой началась очередная русско-литовская война 1512-1522 гг.[12], то почему оно не нашло упоминания ни в одном дошедшем до наших дней летописном источнике, тем более если Калуга в то время имела не только важное стратегическое и политическое значение, но и являлась «спорной территорией»? Известно, что позднее, в 1578 г., король Речи Посполитой Стефан Баторий требовал у Москвы возвращения Калуги как старинного владения Литвы.
Может быть, это произошло вследствие того, что сражение у Калуги в 1512 г. было, но всё обошлось удачно: Калугу – не разорили, агарян – побили и в исконно русские пределы к Москве и Рязани не пустили, татары быстро ушли в Тавриду, унося награбленное и уводя русских (бывших литовских) рабов. О чем писать в летописи, если все обошлось? Хвалить князя Симеона Ивановича Калужского за его полководческий талант – не скромно, ведь он всего лишь выполнял свои обязанности младшего брата Государя всея Руси Василия III, и делал, что должно, исполняя его повеление… Затем это событие обрело «серые оттенки» и постепенно кануло в Лету на общем фоне развернувшейся очередной русско-литовской войны 1512-1522 годов…

Примечания

1. Менгли-Гирей (?-1515) - крымский хан (1468-1515), сын Хаджи-Гирея. В его правление Крымское ханство окончательно отделилось от Золотой Орды и находилось в союзнических отношениях с Москвой. В 1480 г. Менгли-Гирей организовал набег на польско-литовские земли, что помешало королю Казимиру IV оказать помощь Ахмату, организовавшему поход на Русь, и способствовало освобождению Руси от татаро-мoнгольской зависимости. После этого Менгли-Гирей продолжал борьбу с Большой Ордой и окончательно разгромил её в 1502 г. В конце жизни Менгли-Гирея его сыновья организовали несколько грабительских походов на русские земли.
2. Симеон Иванович Калужский (1487-1518), четвёртый сын Ивана III Васильевича и Софьи (Зои) Палеолог, первый калужский вотчинный князь, похоронен в царской усыпальнице Архан­гельского собора в Кремле.
3. Иван III Васильевич Великий (1440-1505), сын великого князя Василия II Васильевича Тёмного и княжны малоярославецкой Марии Ярославны. Великий князь Московский и всея Руси (1462-1505), вторым браком женат (1472-1503) на царевне византийской Софии (Зое) Фоминичне Палеолог (племяннице последнего византийского императора Константина IX). Во время его правления произошло счастливое освобождение Руси от зависимости Золотой Орды и существенное расширение границ Московского государства.
4. Битва под Лопушным.
5. Карамзин Н.М. История государства Российского.
6. Соловьёв С.М. История России с древних времён.
7. Вологодско-Пермская летопись.
8. Агаряне - древнерусское название татар и турок, мусульмане.
9. Василий III Иванович (1479-1533), старший сын Ивана III Васильевича и Софьи (Зои) Палеолог, великий князь Московский и всея Руси (1505-1533).
10.Карамзин Н.М. История государства Российского.
11. Соловьёв С.М. История России с древних времён.
12. Русско-литовская война 1512-1522 гг. Присоединение Смоленской земли.
13. Карамзин Н.М. История государства Российского.
14. Пойма – часть речной долины, затопляемая в половодье или во время паводков. Ширина пойм равнинных рек может равняться ширине русла и доходить до нескольких десятков ширин русла. Участки бывшей поймы, которые находятся выше уровня современного поднятия вод в половодье или паводок, называются террасами.
15. Юродивый – психически ненормальный человек (невменяемый, умопомешанный), блаженный, аскет-безумец или принявший вид безумца, обладающий по мнению религиозных людей, даром прорицания, совершающий бессмысленные, нелепые поступки./ Словарь русского языка: в 4-х т./АН СССР, Институт русского языка.; под ре. А.П.Евгеньевой. – 2-е изд., М.: Русский язык, Т. 4, С-Я. 1984. С.775-776.
16. Посад – в древней Руси: торгово-ремесленная часть города вне городской стены, предместье, ставшее позднее частью города.
17. Церковно-историческое исследование о древней области вятичей, входившей с начала ХV и до начала ХVIII столетия в состав Крутицкой и частью Суздальской епархий. 1862.
18. Летопись калужская от отдалённых времён до 1841 года. / Составил В.В. Ханыков. Сообщил архимандрит Леонид (Кавелин). 1878.
19. Леонид (Кавелин), иеромонах. Историческое описание Калужского Лаврентьева монастыря, нынешнего Калужского архиерейского дома и принадлежащей к оному Крестовской церкви. 1891.
20. Федотов Сергей. Белые пятна в истории cвятого Лаврентия.
21. Насад, насада, носадъ (др.-русск. насадъ, насада) – крытое речное плоскодонное, беспалубное судно, на которое насаживались (наращивались) борта с небольшой осадкой и крытым грузовым трюмом для ведения боевых действий, перевозки грузов и войск. Имело одну мачту и парус. (Самойлов К.И. Морской словарь).
22. Иконописное изображение осады Калуги татарами в мае 1512 г. Вторая поло  вина XVIII века. Калужский областной художественный музей.
23. Евго И. Подвиг калужан вошёл в «Книгу рекордов России». // Газета «Правовой курьер – Калуга» № 36(495), 31 октября 2008. С. 1, 8-11.
24. Евго И. Калуга в книге рекордов России! // Городская газета «Калужская неделя» № 45 (358) 13-19.11.2008.
25. Горолевич И.Е. Сеча на водах Оки у Калуги. // Московский журнал. № 11 (251) ноябрь, 2011. С. 11-15.
26. Амвросий (Орнатский), архимандрит. История Российской иерархии, собранная Новгородской семинарии ректором и богословия учителем, бывшим Антониева монастыря, а ныне Юрьевского Новгородского монастыря архимандритом Амвросием. М., Синодальная типография. Часть IV. С. 1020.
27. Горолевич И.Е. Сражение, разрушившее «счастливый для нас союз, дело Иоанновой мудрости…». Studia internationalia: Материалы III международной научной конференции «Западный регион России в международных отношениях X-XX вв.» 2-4 июля 2014 г. – Брянск: ООО «Ладомир», 2014. С. 41-48.
28. Горолевич И.Е. Сеча на водах Оки у Калуги. // Военно-исторический журнал. № 5, май 2012. С. 76-78.
29. Горолевич И.Е. Сеча на водах. // Центральная газета МО России «Красная Звезда» № 73 (26048) от 25 апреля - 3мая 2012. С. 19.
30. Бурякова С. Сохраняя историческую память Калуги // Журнал «Губерния-40». 2008. № 4. С. 16-18.
31. Горолевич И.Е. «Сеча на водах Оки» у города Калуги в 1512 году. /Лаврентьев монастырь. История и современность. Материалы I и II Свято-Лаврентьевских краеведческих чтений. Калуга, 2013-2014. – Калуга: Издательство «Фридгельм», 2015. С. 32-37.
32. Сеча на водах Оки у Калуги в мае 1512 года. // Морской фронт страны.
33. Продувнов В. Это моя Калуга.
34. Зельницкий Григорий. «Описание происшествий 1812 года, случившихся в пределах Калужской губернии или Изображение достопамятных деяний, героических подвигов и отечественных пожертвований Калужского Дворянства и всех сословий сей губернии, почерпнутое из достоверных известий надворным советником, доктором философии и Калужской гимназии учителем Естественной истории, технологии и проч. Григорьем Зельницким». 1815.
35. Степанов А. «Предание о Калуге». // Московский альманах «Калужские вечера, или Отрывки сочинений и переводов в стихах и прозе военных литераторов, собранные А. Писаревым». Часть II. 1825.

 

 
 
121019 Москва, ул. Новый Арбат, д. 7-а. Тел: (495) 697-7888, факс: (495) 697-6926. E-mail: ros-prav@ya.ru, desyatina@rambler.ru